В разделе объясняется, что понимается под самозванчеством в российской истории, чем оно отличается от обычного политического мятежа и почему претензия на законное происхождение могла привлекать сторонников. Определяются хронологические рамки проекта, основные примеры и критерии сравнения: причины появления, идеология, социальная база, методы борьбы за власть и последствия для государства.

Пункт посвящён обстоятельствам, при которых общество начинало сомневаться в законности власти. Рассматриваются пресечение династии, династические слухи, войны, голод, налоговое давление, усиление зависимости крестьян и конфликты между центральной властью и окраинами. Отдельно объясняется, почему отсутствие достоверной информации позволяло распространять легенды о спасшихся царевичах.

В разделе анализируются Лжедмитрий I, Лжедмитрий II и другие претенденты начала XVII века. Показывается, как легенда о царевиче Дмитрии использовалась для получения поддержки польской шляхты, казаков, дворян и городского населения. Прослеживается путь от появления претендентов до борьбы за Москву, смены правителей и избрания Михаила Романова в 1613 году.

Пункт раскрывает содержание представлений о «настоящем царе», православной законности и справедливом правителе. Сравниваются обещания самозванцев и интересы групп, которые их поддерживали: казаков, крестьян, служилых людей, горожан и народов окраин. Объясняется, почему один и тот же образ мог означать для разных участников разные политические и социальные ожидания.

Раздел посвящён восстанию 1773–1775 годов и использованию Пугачёвым имени императора Петра III. Рассматриваются причины недовольства казаков, крестьян, заводских рабочих и нерусских народов Поволжья, содержание его манифестов, осада Оренбурга, распространение восстания и разгром движения правительственными войсками. Отмечается отличие этого выступления от событий Смутного времени.

Здесь причины самозванчества объединяются в несколько групп: политические, социально-экономические, религиозные, информационные и региональные. Анализируется взаимосвязь между кризисом престолонаследия, произволом администрации, крепостными отношениями, казачьими вольностями и верой в доброго законного царя. Такой подход позволяет не сводить сложное явление к характеру одного претендента.

В практической части изучаются фрагменты манифестов Пугачёва, летописные сообщения о Лжедмитрии I, правительственные указы и свидетельства современников. Для каждого источника определяются автор, время создания, адресат, цель и используемые образы. Затем выделяются признаки легитимации власти, обещания сторонникам и сведения, которые требуют проверки сопоставлением с другими материалами.

Пункт представляет результаты сопоставления Лжедмитрия I, Лжедмитрия II и Емельяна Пугачёва. В таблицу включаются имя или легенда претендента, период выступления, территория действий, основные союзники, политические обещания, отношение к официальной власти и итог движения. Сравнение помогает увидеть общие механизмы самозванчества и различия между династической авантюрой и массовым восстанием.

В заключении обобщаются результаты анализа причин и идеологии российского самозванчества. Формулируется вывод о том, что претенденты получали влияние не только благодаря обману, но и потому, что выражали реальные ожидания групп, недовольных существующим порядком. Отдельно подводится итог сравнению Смутного времени и восстания Пугачёва, а также оценивается значение темы для понимания легитимности власти.

В разделе приводятся использованные учебники, монографии, сборники исторических документов и проверенные электронные ресурсы. Источники следует расположить в едином библиографическом порядке, указать авторов, названия, место и год издания, а для интернет-материалов — название сайта и дату обращения. Отдельно можно выделить первичные источники и современные исследования историков.