«Повесть о Петре и Февронии Муромских» — Ермолай-Еразм

«Повесть о Петре и Февронии Муромских», написанная в XVI веке иноком Ермолаем-Еразмом, является одним из самых поэтичных и глубоких произведений древнерусской литературы. Это не просто агиографический текст (житие святых), но и притча о любви, мудрости, верности и божественном промысле, облечённая в форму увлекательной повести.

Повествование начинается в городе Муроме, где правил князь Павел. К его жене тайно повадился летать змей-искуситель, принимавший облик самого князя. Удручённая княгиня во всём призналась мужу. Павел велел ей выведать у змея, от чего тому может прийти смерть. Змей, обманутый ласковым обращением, открыл свою тайну: «Смерть мне суждена от Петрова плеча и Агрикова меча». У Павла был младший брат, Пётр, который, узнав об этом, немедленно решил избавить семью от напасти. Он раздобыл заветный Агриков меч и, выследив змея в покоях снохи, сразил его. Однако, умирая, змей обрызгал Петра своей ядовитой кровью, отчего тело князя покрылось страшными язвами и струпьями. Никто из лекарей не мог исцелить молодого князя от этой ужасной болезни.

В поисках исцеления Пётр, смирив гордыню, разослал слуг по разным землям. Один из его отроков оказался в Рязанской земле, в селе под названием Ласково. Зайдя в один из домов, он увидел дивное зрелище: за ткацким станом сидела в одиночестве дева, а перед ней скакал заяц. Деву звали Феврония, и она была дочерью простого древолазца (бортника). Её речь была полна загадок и иносказаний. На сетования юноши о том, что в доме «некому уразумети словес», ибо «отец и мать мои пошли взаймы плакать, брат же мой пошёл сквозь ноги смерти в глаза глядеть», Феврония даёт точные толкования.

Она объясняет, что родители пошли на похороны и оплакивают покойного, чтобы, когда они умрут, об их уходе также плакали. А её брат — бортник, он лазает по высоким деревьям за мёдом, глядя сквозь ноги на землю, и если сорвётся — его ждёт верная смерть. Поражённый мудростью девы, отрок рассказал ей о беде своего господина, князя Петра.

Феврония, проявив свою прозорливость, заявила, что знает врача, который может исцелить князя, но поставила условие: «Если я не стану супругой ему, не подобает мне и лечить его». Пётр, будучи княжеского рода, возгордился и не захотел брать в жёны простолюдинку. Однако болезнь была так сильна, что он решил схитрить: пообещал жениться, а после исцеления — обмануть её и уехать. Он послал слугу с этим лицемерным обещанием. Феврония, предвидя его лукавство, дала ему небольшой сосуд с хлебной закваской, велев истопить баню и помазать все язвы на теле, кроме одного струпа.

Пётр так и сделал. Он почувствовал облегчение, кожа его очистилась, и, нарушив своё слово, он решил уехать, послав Февронии богатые дары, от которых она отказалась. Но как только он покинул пределы Рязанской земли, от того единственного оставленного струпа болезнь возобновилась и распространилась по всему телу ещё хуже прежнего. Постыженный и сокрушённый, Пётр вернулся к Февронии, на этот раз с твёрдым намерением сдержать слово. Он смиренно просил прощения и исцеления. Феврония, не помня зла, вновь исцелила его, и после этого Пётр взял её в жёны. Они вернулись в Муром и стали жить в любви и согласии, соблюдая Божьи заповеди.

После смерти своего брата Павла Пётр стал самодержцем в Муроме. Однако бояре и особенно их жёны невзлюбили Февронию за её низкое происхождение. Они постоянно клеветали на неё князю, стремясь разрушить их брак. Боярские жёны были надменны и не желали иметь своей госпожой ту, что ещё вчера была простой крестьянкой. Один из самых известных эпизодов повести — испытание с крошками. На пиру один из бояр обвинил Февронию в том, что она, как голодная простолюдинка, собирает со стола крошки в рукав. Пётр попросил жену показать, что у неё в руке. Когда Феврония разжала ладонь, все увидели, что вместо хлебных крошек там лежат благоухающий ладан и фимиам. Это чудо показало святость княгини и божественное покровительство над ней, но не усмирило злобу бояр.

В конце концов, бояре пришли к Петру и поставили ультиматум: «Князь, мы все хотим служить тебе, но не желаем, чтобы княгиня Феврония властвовала над нашими жёнами. Если хочешь быть нашим правителем, возьми себе другую жену. Февронии же дай богатства, сколько пожелает, и отпусти её». Пётр, который был кроток и не гневлив, предложил им самим спросить Февронию. Княгиня согласилась уйти, но с одним условием: она заберёт с собой то, что попросит. Бояре легко согласились, думая, что она попросит сокровищ. Но Феврония сказала: «Ничего иного не прошу, только супруга моего, князя Петра!». Бояре обрадовались, ведь они сами хотели избавиться от князя, чтобы начать борьбу за власть. Верный своей супруге и данному ей слову, Пётр отказался от власти и богатства ради любви. Они вместе сели в лодку и отплыли по реке Оке.

Во время этого изгнания проявились новые чудеса, связанные с Февронией. На судне с ними плыл некий человек со своей женой. Глядя на Февронию, он был покорён греховной мыслью. Проницательная княгиня тут же поняла его помысел и мягко обличила его. Она попросила его зачерпнуть воды с одного борта лодки и выпить, а затем — с другого. «Одинакова ли вода или одна слаще другой?» — спросила она. Мужчина ответил, что вода одинакова. Тогда Феврония сказала: «Так и естество женское одинаково. Почему же ты, забыв свою жену, о чужой помышляешь?». Человек устыдился и раскаялся.

Вечером они пристали к берегу. Слуги срубили два маленьких деревца, чтобы повесить на них котлы для ужина. После трапезы Феврония благословила эти обрубки, и наутро все увидели, что они превратились в большие, цветущие деревья. Это чудо стало знаком Божьего благословения их союза и праведности их пути.

Тем временем в Муроме, оставшемся без законного правителя, начался хаос. Бояре, жаждавшие власти, перессорились, пролилась кровь, и многие из них погибли в междоусобной борьбе. Осознав свою ошибку и неспособность управлять городом, они собрали совет и решили отправить послов, чтобы умолять Петра и Февронию вернуться на княжение. Пётр и Феврония без злобы и гордыни приняли их раскаяние и вернулись в Муром. Они правили долго и справедливо, как чадолюбивые отец и мать. Их правление было отмечено милосердием, помощью бедным и странникам, кротостью и любовью ко всем, без лицеприятия.

Достигнув преклонного возраста, супруги приняли одновременное решение посвятить остаток жизни Богу. Они приняли монашеский постриг с именами Давид и Евфросиния. Ещё будучи в миру, они повелели изготовить для себя общий гроб из одного камня, разделённый лишь тонкой перегородкой. Они молили Бога о том, чтобы умереть в один день и час. Их молитва была услышана. Когда Давид (Пётр) почувствовал приближение смерти, он послал к Евфросинии (Февронии) сказать, что ждёт её, чтобы вместе отойти к Богу. Но она в это время вышивала воздух для храма и просила его подождать, пока она закончит работу. Он послал второй и третий раз, говоря, что не может больше ждать. Тогда она, воткнув иглу в вышивку и обернув вокруг неё нить, послала сказать ему, что готова. Помолившись, они оба преставились в один день и час.

После их смерти люди сочли нечестивым хоронить монахов в одном гробу. Тело Петра положили в гроб в городском соборе, а тело Февронии — в загородном женском монастыре. Однако на следующее утро их отдельные гробы оказались пусты, а тела их чудесным образом были найдены лежащими вместе в том самом каменном гробу, который они приготовили для себя. Люди, не вразумившись, снова разделили их. Но чудо повторилось и на второй день. После этого уже никто не посмел разлучать святых супругов. Их похоронили вместе у соборной церкви Рождества Пресвятой Богородицы, как они и завещали.