«Медный всадник» — Пушкин А. С.

Поэма «Медный всадник» с подзаголовком «Петербургская повесть» является одним из вершинных произведений А. С. Пушкина, в котором поднимаются вечные вопросы о взаимоотношениях личности и государства, человека и стихии, цены прогресса и исторической необходимости. Произведение состоит из вступления и двух частей, каждая из которых несёт свою смысловую и эмоциональную нагрузку.

Вступление представляет собой торжественный гимн, оду Санкт-Петербургу. Пушкин с восхищением описывает величие города, рождённого волей одного человека — Петра I. «Люблю тебя, Петра творенье, люблю твой строгий, стройный вид». Поэт рисует образ идеального города, символа мощи и славы Российской империи. Пётр предстаёт как демиург, «державец полумира», который на «берегу пустынных волн» задумал основать новую столицу, чтобы «в Европу прорубить окно» и «ногою твёрдой стать при море». Этот город — воплощение порядка, разума, победы цивилизации над дикой природой.

Однако уже во вступлении появляются тревожные нотки. Пушкин упоминает «угрозы» финских волн и их «тщетную злобу», создавая предчувствие грядущего конфликта между рукотворным миром и неукротимой стихией. Образ Петра также двойственен: он и «строитель чудотворный», и грозный царь, чья воля не терпит преград и не считается с жертвами. Вступление задаёт монументальный, державный фон, на котором развернётся трагедия маленького, незаметного человека.

Часть первая начинается резким контрастом с гимническим вступлением. Повествование спускается с высот государственной истории на улицы Петербурга, в жизнь простого обывателя. Главный герой, Евгений, представлен как «маленький человек». Он беден, служит мелким чиновником, не обладает ни знатностью, ни талантами. Его мечты предельно скромны и человечны: он хочет жениться на своей возлюбленной Параше, обрести скромное семейное счастье, обеспечить будущее своим детям. «Жениться? Ну... зачем же нет? Оно и тяжело, конечно; но что ж, я молод и здоров, трудиться день и ночь готов; я кое-как себе устрою приют смиренный и простой и в нём Парашу успокою».

Евгений — это обобщённый образ жителя Петербурга, чья частная жизнь течёт на фоне имперского великолепия. Он не бунтарь и не мыслитель, он просто хочет жить. Эта приземлённость его желаний делает его судьбу особенно трагичной. Пока Евгений предаётся своим мечтам, погода начинает портиться. Надвигается знаменитое петербургское наводнение 7 ноября 1824 года. Пушкин мастерски нагнетает атмосферу, описывая разгул стихии. Нева, которую во вступлении «одели в гранит», выходит из берегов. Река предстаёт как разъярённый зверь, который мстит городу за былое унижение.

«Нева вздувалась и ревела, котлом клокоча и клубясь, и вдруг, как зверь остервенясь, на город кинулась». Стихия сметает всё на своём пути: мосты, дома, имущество. Вода затапливает улицы, превращая город в арену хаоса и смерти. В этот момент Евгений оказывается застигнут наводнением в центре города. Спасаясь, он забирается на одного из мраморных львов у Адмиралтейства. Сидя на «звере мраморном», он с ужасом смотрит на бушующую реку. Его мысли только об одном — о Параше. Её маленький, ветхий домик находился у самого залива, и Евгений с отчаянием понимает, что у его невесты и её матери почти нет шансов спастись.

В этой сцене особенно ярко проявляется главный конфликт: на одной стороне — беззащитный, оцепеневший от ужаса Евгений, на другой — Медный всадник. Памятник Петру I, расположенный неподалёку, обращён спиной к Евгению и его горю. Он «непоколебимой вышине» взирает на разбушевавшуюся стихию, оставаясь символом непоколебимой государственной воли, которой нет дела до страданий отдельного человека.

Часть вторая начинается после того, как наводнение схлынуло. Нева возвращается в свои берега, оставляя после себя картину тотального разрушения. Город усеян обломками и трупами. Евгений, измученный и едва живой, находит лодочника-перевозчика, который за гривенник соглашается перевезти его на другую сторону реки, туда, где жила Параша. Путь Евгения — это путешествие по мёртвому городу. Он бежит, не разбирая дороги, к знакомому заливу. Его ведёт инстинкт, последняя надежда. Но на месте, где стоял домик его невесты, он не находит ничего.

«И, полон тягостной заботы, Евгений смотрит — видит он и дом, и иву. Вот знакомые вороты... Где ж дом?». Ни домика, ни даже знакомой ивы — стихия всё смыла бесследно. В этот момент происходит катастрофа в сознании героя. Он не кричит, не плачет. Он видит ужасающую пустоту, и его разум не выдерживает этого зрелища. «...Он хохотал. ...И ум его не устоял против ужасных потрясений». Шок от потери всего, что составляло смысл его жизни, приводит Евгения к безумию. Он становится городским сумасшедшим, бродягой, отчуждённым от мира и от самого себя.

Он бродит по улицам, не замечая людей, погружённый в своё горе. Шум города, повседневная жизнь — всё это теперь чуждо ему. Он живёт в прошлом, в дне катастрофы. Проходит почти год. Однажды осенней ночью, бродя по городу, Евгений оказывается на Сенатской площади, перед памятником Петру I. В его помутившемся сознании происходит прозрение. Он смотрит на «кумира на бронзовом коне» и вдруг понимает, кто является истинным виновником его трагедии. Не просто стихия, а тот, кто своей самовластной волей основал город на гибельном месте, кто «море силой укротил».

Вся накопленная боль, отчаяние и злоба выливаются в тихий, но страшный бунт. Евгений, «маленький человек», осмеливается угрожать грозному монарху. «Шепнул он, злобно задрожав: „Добро, строитель чудотворный! Ужо тебе!..“». Этот шёпот — кульминация противостояния личности и власти. И в этот момент происходит чудо, порождённое безумным воображением героя. Ему кажется, что лицо грозного царя оборачивается к нему, а затем Медный всадник срывается со своего гранитного постамента и устремляется в погоню. «И он, как будто околдован, как будто к мрамору прикован, сойти не может! ...

И, озарён луною бледной, простёрши руку в вышине, за ним несётся Всадник Медный на звонко-скачущем коне». Всю ночь несчастного безумца преследует по улицам Петербурга стук бронзовых копыт. Этот фантастический эпизод является гениальной метафорой: государственная машина, имперская идея, которую олицетворяет Пётр, не терпит даже намёка на бунт. Она преследует и давит любого, кто осмелился поднять голос. Эта погоня окончательно уничтожает Евгения.

После этой кошмарной ночи жизнь Евгения превращается в агонию. Он боится проходить мимо площади, где стоит памятник, и, если случалось оказаться рядом, «картуз изношенный сымал, смущённых глаз не подымал и шёл сторонкой». Его бунт подавлен, дух сломлен. Поэма завершается мрачным эпилогом. На небольшом пустынном островке, куда волны вынесли остатки домика Параши, рыбаки находят «хладный труп» Евгения прямо у порога. Его хоронят тут же, «ради бога», без почестей и без памяти. Трагедия «маленького человека» завершилась полным забвением.

Его жизнь, любовь, мечты и даже его бунт оказались ничем перед лицом бездушной истории и несокрушимой государственной мощи. Город продолжает жить своей жизнью, а Медный всадник так и стоит на своём гранитном утёсе, олицетворяя вечную и холодную власть, равнодушную к человеческим судьбам.